Зеркало

Я пересмотрел сегодня фильм «Зеркало», и как мне кажется я его наконец-то понял. Все эпизоды сложились в картину.
Это чрезвычайно тяжелый фильм и он был лично тяжелый для меня.

Сложность его в том, что он описывает правду какая она есть. Настоящую жизнь, без шуток и развлечений. Во всей ее глубине и глупости, нелепости и усталости. Тот образ детства который остался в памяти. Ты ведь не контролируешь, что ты помнишь а что нет, сто тебе сниться и какие моменты запечатались в память.

Моменты, которые изображает автор полны детского неудобства что ли. Когда ты еще ребенок и зависим от взрослых, но со многими вещами не согласен и считаешь, что не должно быть так. Но молчишь. Потому что ты ребенок и это создаёт какое-то навязчивое чувство на всю жизнь.

Тот же сон про отцовский дом. Он никогда не поменяется и не уйдёт. Он запечатлен в мозге как на пленке. Жизнь не остановить. Поломанную, глупую жизнь — не исправить. Но каждая жизнь — и поломана и глупа. Поэтому фильм такой сильный. Потому что он резонирует.

Может это и имел Тарковский ввиду когда говорил, что этот фильм религиозен?

Видеодром

Смерть Видеодрому, новой плоти — жизнь!

Макс Ренн, владелец телеканала ищет более агрессивные виды порно для своей аудитории. Он перехватывает спутниковую передачу, которая называется «Видеодром». Передача характеризуется особой жестокостью и примитивным видеорядом основанном на пытках, мучениях и изображении убийств. Из-за просмотра примитивных видео передачи у Макса начинаются галлюцинации.

Макс ищет создателя программы для того, чтобы договориться о ее трансляции в свой телеканал и через свои связи он находит что владельцем и автором Видеодрома является доктор Обливион.

Видеодром, 1982 — Давид Кроненберг

Оказывается что Обливион умер от опухоли мозга, перед смертью оставив сотни записей видеокассет со своими речами, в которых он рассказывает о Видеодроме и предупреждает о его опасных последствиях.

Фильм адресует интересную тему безумия и навязчивых идей связанных с внутренней жестокостью человека и его поисками зла, злом которое всегда есть внутри человека и которое стремиться вырваться наружу.

Видеодром как лекарство от человеческой заразы, таблетка, с помощью которой будет выжжена скверна греховного мира. Видеодром будет показан по низменному каналу, чтобы начать убивать заразу и очищать человечество от скверны.

Мне кажется, что у сюрреалистические и бредовые фильмы действуют особенным способом на нервную систему и мозг человека. Мне кажется, что они создают в мозгу какую-то новую, особенную извилину, которая и создает нового человека, человека будущего. Человека, который понимает.

Голый завтрак

Просмотрев фильм «Голый Завтрак» режиссера Девида Кроненберга по мотивам творчества и истории жизни Уильяма Берроуза, я был искренне удивлен возможностями которые еще не были исчерпаны сообществом сюрреалистов и художников 20-го века.

Я узнал что у Берроуза была интересная жизнь. Интересная из-за его наркотической зависимости и истории, когда он играя в «Вильгельма Телля» убил свою жену из пистолета.

Этот момент чрезвычайно запомнился и втерся в мою память. Я всегда думал, что Хантер Томпсон был тем человеком, который ходил по лезвию ножа, но очевидно это не так и именно представитель бит-поколения куда перепрыгнул таланты журналиста к хождению по краю и балансированию на грани пропасти между реальностью и безумием.

Я уверен что сегодняшний день навсегда откроет для меня глубины нового творчества Берроуза и безумцев-битников, которые сходили с ума и творили. Жили?

10:11, 26 Апреля после именин.

Год назад время все так же текло.
С той же скоростью.
Вчера в течение дня меня посещали 3 мысли.

Сначала — это была ностальгия, тоска по ушедшим дням, тоска по упущенному.
Ночью пришел страх. Это было время волка — 4:27 или окого того.
Еще не наступил рассвет — были посление минуты темноты.
В это время умирает большинство людей на Земле.

В час волка пришел страх. Страх за свою жизнь и за семью, страх что время идет вперед и что оно кончается для всех нас.

А утром пришла надежда.
Надежда на будущее, на то что сейчас весна, что светит солнце.
Что пока что — мы живем и идем вперед.
Что есть смысл, хотя бы сегодня прожить это день.
Солнечный апрельский день.

Nigel Henderson обычный фотограф.

Nigel Henderson был фотографом, коллажистом.
Он фотографировал простые сцены уличной жизни в 50-е годы в Лондоне в Bethnal Green.
Мне понравился коллаж на котором изображено поле с высоты полета самолета. Nigel был военным летчиком и летал на самолете, он создал коллажи в которых осуждал войну.

Этот коллаж сделан из осколков стекла, их фотографий и фотографий результатов скомпонованы вместе для создания иллюзии поля.

Untitled No. 8 (Shattered Glass) 1959 Nigel Henderson 1917-1985 Purchased 2007 http://www.tate.org.uk/art/work/T12443

В этом году в Tate Britain — выставка его коллажей: https://www.tate.org.uk/search?aid=1268&type=artwork

Феликс Валлоттон — буржуа с загадкой за закрытой дверью…

Выставка Швейцарского (?) художника Феликса Валлоттона (1865 — 1925) в Лондоне удивила неожиданными поворотами его классической манеры творчества.

Он родился в Швейцарии но писал и жил всю жизнь в Париже, очевидно что «северно-европейское» влияние преобладало в его творчестве всю жизнь. И он такой — какой есть.

Основу его творчества составили ксилографии (оттиски на бумагу рисунков вырезанных в дереве).

Чем меня удивил этот вроде бы неприметный человек так это загадками, которые он оставлял в своих картинах. Он как-будто бы чувствовал напряжённую атмосферу приближающегося 20-го века, в его буржуазных «обычных» картинах прячется угроза. В картине с красной комнатой — внешний мир вроде бы отсутсвует, его нет, нет никаких сигналов из реального мира. Пара стоит в тени дверей, но эти люди — абстрактны, они — не отражение реального мира, а скорее просто случайные тени в этом сюрреалистичном пространстве, преддверии творчества Френсиса Бекона, преддверии второй мировой войны, ядерных катастроф, безумия надвигающегося века.

Клаустрофобная комната и атмосфера, смесь реализма и загадочной угрозы — эти мотивы будут пронизывать почти всю жизнь и все творчество этого художника.

Напоследок.

Очерченные лица и строгие тени, следы беспокойства, следы непонятного — этот след оставил один из необычных художников живших на рубеже 19-20 века.

Френсис Бекон — совокупления

It’s all so meaninglesswe may as well be extraordinary.

— Francis Bacon

Френсис Бекон снова выставлялся в Лондоне. В последнее время его тяжело найти в большом количестве — его картины раскуплены и находятся по всему миру.

Выставка в Gagosian посвящена картинам написанным в основном до 1971 года, когда Джордж Дайер — покончил жизнь самоубийством в гостиничном номере в Париже в день когда Бекон открывал самую важную для себя выставку своих работ.

Джордж Дайер был любовником Бекона, они были естественно геями раз я про это пишу в таком контексте.

Джордж Дайер был по сути никем — алкоголик, без работы, без призвания. Никто. Почему же он привлек внимание Бекона? Считается что они познакомились в пабе и Бекон сам подошел к нему и предложил выпить, Дайер всегда был очень зависим от бекона и статья в википедии намекает на то, что он покончил с жизнью в том числе из-за того, что они с Беконом стали отдаляться друг от друга. Причиной этого было то, что Дайер постоянно был пьян и он не мог настолько контролировать себя как это делал Бекон. Это отдаление было неизбежным. И жизнь Дайера потеряла всяческий смысл. Мне кажется с Беконом он еще мог держаться за него и за уверенность Бекона в себе, но сам — нет, он не протянул бы долго. Дайер — символ бессмысленности бытия для меня больше чем кто-либо. и именно потому что он ассоциируется с гением Бекона про которого столько написано, но про Дайера известно не так много. Да и всем на него наплевать.

Однако на этих картинах везде — всюду — Дайер и его загадка. Бекон руководствовался в жизни принципом случайности и случая, и в этом случае, как мне кажется, Дайер сыграл для него чем-то вроде катализатора творческой случайности. Никто — Дайер оказался таким важным.

Painting, 1950

Two Figures 1953 — особенно поражает своей агрессивностью и жестокостью. Я записал в свой блокнот:

Действие происходит в гостинице ночью, в звуконепроницаемом номере. Время: 4 часа утра, час волка, время смерти, время когда большинство спят и время, когда происходит самое страшное на земле. В гостиничной комнате есть мебель, но она теряется на фоне. Это место, этот номер — он существует в изолированном пространстве. Это место и время — 4 часа утра — место и время действия на всех картинах Бекона. Но это наш мир, это не космос, за пределами гостиницы — чудовищное человечество.

На фото отлично отразился свет лампы в стекле перед картиной, я думаю, что именно это Бекон и задумывал, когда хотел чтобы все картины всегда показывались за стеклом. Стекло еще больше отдаляет зрителя от безумного мира его картин.

Two Figures, 1953

Portrait of Man Walking, 1953 — мужчина в пиджаке, галстуке, костюме. Находиться вроде бы в комнате, но в то же время он отсутствует в этой реальности. Что он делает в черной коробке? Куда идет? В нем нет смысла. В его движении вперед нет никакого смысла. Сколько звериного, чудовищного на других картинах в галлерее сегодня. С них — суть человека в пиджаке, на них изображено то. что человек делает ночью выйдя из запертой комнаты-коробки.

Portrait of Man Walking, 1953

Здесь и сейчас

Я был в саду и жарил рыбу на гриле.

Сегодня 6 мая, не очень жарко, тепло, довольно солнечно.

Меня посетило состояние осмысленности, состояние «здесь и сейчас». Меня оно посещает только когда я что-то делаю, пускай и не вечное (как написание книги), вот просто жарил рыбу — и оно пришло.

Чувство успокоения и мгновенного счастья.

А у вас оно бывает? Может это связано с тем, что ты делаешь? А может с тем как? А может с тем, с кем ты находишься в данный момент?

Странное чувство — оно рассеяло мою встревоженность последних дней, чуть либо не переходящую в депрессию. как же я не хотел новой недели вчера. НО пришло сегодня, я пожарил рыбу — и на мгновение все испарилось, исчезло в лету. Как-будто я снова счастлив (так и есть), как-будто мне опять 19 лет и я опять продолжаю искать свой путь.

Мне надо чаще жарить рыбу, одному, в саду.

А графоманить как сегодня — реже.

Ян Шванкмайер — Насекомые

If you look at my filmography, you’ll see that we’re only making feature films every five or six years. That’s not because we’re artistically “impotent,” but rather because it takes five to six years to get financing for a new project. And it’s getting harder. Civilisation needs mass culture to entertain the masses before they’re shooed back into the production line. And advertising is necessary to push people towards greater consumerism. If advertising failed to function, and people stopped consuming unnecessary goods, civilisation would collapse. And we don’t want that combination.

Удивительно, но Шванкмайеру снова удалось задеть своей работой. Единственный возможный ответ на жестокость этого мира — это насмешка воображения. Это одна из ключевых нот всего его творчества.

Творчество для Яна Шванкмайера — это не самореализация, это всего-лишь терапия, позволяющая выжить в безумии современности. В мира — который погряз в абсурде капитализма и потребления.

Общество, которое движимо рынком — никогда не станет на духовный, осмысленны путь. Рынок — это как корабль Босха, он ведет прямиком в ад, но никогда не приблизит нас к пониманию человечности, духовности и любви.

Поэтому и существует Ян Шванкмайер, которы может и должен каждым своим фильмом вызывать эту насмешку над разумным и «правильным», над здравым смыслом, в котором вообще не существует человек сегодня.

Сегодня — каждый из нас сумасшедший, давайте разрешим Яну Шванкмайеру вылечить наши больные души.