Эдуард Элгар — Концерт для виолончели с оркестром (1919)

Трагедия войны, трагедия человеческой жизни.

Первые звуки виолончели из концерта невозможно спутать с чем-либо другим, а услышав один раз — уже невозможно забыть.

Я полюбил виолончель услышав Элгара, не знаю, почему — но эта музыка оставила след в моем сердце.

Я слышал, что человек, который отходит от наркоза после операции может говорить бессмысленный бред, слова просто текут рекой, нет обычного блока — ограничителя, который обычно держит нас «в рамках».

Элгар перенес операцию на миндалинах, и сразу как только его наркоз отошел — он записал мелодию, ставшую основой этого концерта. Приснилась ли она ему в момент действия наркоза, когда незащищенная психика была близка к реальному миру, двигалась без рамок и ограничений.

Эта музыка будет жить вечно, кажется, что мир замирает, когда играют первые звуки виолончели, они режут поперек души — они напрямую транслируют в больное подсознание о бессмысленности человеческой жизни, о конечности бытия, об абсурдности войны, о болезнях которые нас всех непременно ожидают в будущем, о смерти.

Только наши дети возможно блуждая в просторах интернета случайно наткнуться на мелодию, ставшую криком о помощи больной душе. Душе, осуждающей войну, понимающей конечность и тщетность жизни человека на земле.

Дом всегда будет ждать: фильм The Receptionist

Неужели для того, чтобы понять как хорошо может быть дома, нужно поработать проституткой в борделе.

The Receptionist. 2016

Дом всегда есть и практически каждый может вернуться.

Нельзя забывать свои корни, всегда оставляй окно домой, там всегда можно выжить, чтобы не случилось с деньгами или семьей. Всегда своя страна выручит и вытянет тебя.

Правда ли что чем старше мы становимся, тем мельче становятся наши мечты?

Я думаю, что это правда. Но также — очень важно не забывать точку отсчета, с которой ты пришел. Сем выше поднялся — тем сильнее падать.

Доротея Ланж — облик человечества

В Барбикан проходит выставка фото Доротеи Ланж.

В одной из подписей, которая меня задела было описание своих трат во время поездки, которые Доротея должна была отправлять руководителям журнала, заказавшего фоторепортаж.

Доротея говорила, что платить $1.75 за обед в гостинице находясь рядом с людьми, которые в день зарабатывают $0.7 работая по 12-16 часов на палящем солнце — просто бесчеловечно.

Она писала что когда она разговаривала с женщиной попавшей на фото матери, которое обошло мир — между ними возникла некое взаимопонимание. Эта женщина почувствовала, что эти фотографии Доротеи могут ей помочь в каком-то смысле и поэтому она помогала в съемках.

Но на самом деле — как они ей помогли и могли ли? 

Сегодня в мире каждый выживает сам, каждый стоит только за себя. Помогать другим людям — это за рамками ценностей современного общества. В начале — себе, потом — другим. Такой подход увеличивает всеобщее неравенство, страдания и бедность.

Ну вот выставка напомнила мне про настоящие проблемы, которые остаются за дверью, может ли она сделать меня чуть лучше? Я не сомневаюсь в силе фотографий. Просто иногда кажется, что даже делая эти фото — сама Доротея беспокоилась только о себе.

В том 1933 или 37 году в Америке, та семья голодных детей, которые укрывались под навесом. Что случилось с их жизнью после этого фото? Они умерли с голоду или спаслись? Может кто-то из детей выжил, тому, кого кормили грудью был 1-1 года, значит он может быть еще жив сегодня?

Но понимаешь иллюзорность этих идей — эти люди были просто раздавлены безжалостной системой, созданной, чтобы ставить доход выше человеческого достоинства, выше жизни, выше морали. Это так удобно иметь оправдание своей бесчеловечности. Ведь это не ты убийца голодной матери и её детей, это абстрактный капитализм, в конце концов — это и есть принцип эволюции, в которой мы живем и которую так ценим за свободу, которую мы получили.

Bach Cello Suite #3
Bach Cello Suite #3

Просто рисовал когда играла музыка.

Виолончель — мой любимый инструмент, почему-то для меня в нем идеальная глубина, которая передает красочность композиции.

Кроме виолончели ничего больше и не нужно — просто закрой глаза и слушай.

Тоска по средневековью

Murillo, 1672

Людей всегда привлекали средние века. Романтикой отсутствия удобств, приземленными взглядами, простой жизнью необремененной технологиями.

Потому так влекут людей старые дома построенные до 1800 года, римские арки и сочетание старых построек и новой архитектуры, как на картинах Моне.

Вот видишь — ты даже не видел выставку, но пишешь о ней. Достаточно одного взгляда, все равно ты — профан, поэтому видел ты ее, купил ли билет- как это может быть важно? А ты не был, нонапишешь.

Портреты Мурилло меня впечатлили, написанные в 1650 — 350 лет назад, они все такие же живые как и тогда, яркость краски не иссякла, они вечные эти улыбающиеся крестьянские дети с ниезвестной судьбой, чиновники и богатые друзья, покровители-заказчики, обеспечившие ему жизнь.

Незаурядный талант запечатленный на века. А что после нашего века останется? Горы пластика на дне моря?

Прогресс деградирует все человечество. И вопрос не в том, можно ли его остановить (конечно нет) или замедлить (нет). А вопрос — зачем? И куда мы движемся.

Череп в руках символизирует конечность жизни, тщетность. Через 350 лет не осталось даже костей этих людей. А изображения все еще живы. Может искусство способно пережить человека? Может прекрасное можно сохранить?

Лицо нашего общества

Квадрат (2017)

Рубен Эстлунд

Этот фильм — модель нашего общества, главный герой символизирует расколотость и разобщенность людей. Люди давно уже поделились на классы и расы, но именно сейчас, когда все вокруг громко заявляют о терпимости — выйдя на улицу из музея после чашечки кофт и бокала вина — проходят мимо бездомного.

Это уже внутри нас — я должен признаться, что мне плевать на бездомных и я полностью нашел себя в главном герое.

Человек испуганный, привыкший к уюту и комфорту, закрывающий глаза на все плохое в мире и всегда выбирающий легкий гармоничный путь. Неженка этого мира, разбалованный и развращенный.

Попросту ничтожество.

Таким и является наше общество сегодня.

Помни о смерти

Mihály de Munkácsy. The Condemned, 1869-1872.

Взгляд в бездну смерти. Наверное самый страшный, хотя все это еще зависит и от ситуации. Но невозможно игнорировать присутствие смерти.

Хотя люди всеми силами игнорируют ее. Горят свечи на столе, их две. Ивозможно они не успеют догореть, как приговоренный к смерти будет казнен. Потуплен его взгляд, вокруг атмосфера бессмысленности всего, абсурд жизни за минуты до смерти.

Только в эту минуту можно понять суть конечности нашей жизни.

И не каждый сможет понять.

Люди мечтают о том чтобы умереть тихо в постели. На самом деле они не зотят думать о своей смерти вплоть до самого момента, когда она придет. Особенно в западной культуре — страх смерти в обществе, табу на мысли о ней, заставляют людей молчать и скрывать страх каждый в своей скарлупе.

Я и сам избегаю этих мыслей напрямую. Наверное это как у Достоевского — если ты поймешь всей своей сутью бессмысленность бытия и отсутствие бога — то ты просто покончишь с собой. Хотя это тоже огромный вопрос, есть ли смысл в бессмысленной жизни? Вот у Босха во всех его картинах — на первом месте стоял страх перед адом. Перед тем, что после смерти. Но сегодня — мы скорее всего уже поняли, что жизнь — бесслысленна, а в конце — только тьма. И бога нет. И надежды нет. Надежда есть только сегодня.

Мы просто бежим как белка подталкиваемая сиюминутными необходимостями. Реально долгосрочного смысла в нашем движении нет и быть не может. Конец близок и приближается с каждой буквой этого предложения.

Только у приговорённого времени совсем нет, а у нас есть? Куда его потратить? Куда не трать — конец не отдалить.

Стапранс

Масштабность видна даже в натюрморте

Кто же автор?

Масштабность и квадратность

Черт его знает, эта Америка, она просто другая. Здесь сдругое безумие и бедность, здесь дрогое пространство и время.

В Европе время ограничено, потому что пространста мало. Само пространоство — ограничивает видение бытия. Иллюзорность жизни, конечность. В Америке — много пространства дает другой сигнал: серость и обыденность, пустота пространства, отсутствие души и людей.

И в этом суть искусста здесь.

Стапранс

Raymonds Staprans, born Riga

Paint can, и маленькое отверстие в неизвестность, просто незакрашено или какая-то скрытая тайна? Здесь тоже нсть локальность и свое искусство, Стапранс — это мировое тмя или локальное? Что он дал миру за свои 96 лет?

Действительно художник с душой.

Он создал свой мир. Так и должен художник. Создавать, навязывать свое видение мира, свою эстетику, свой взгляд.

Мне интересно — кто приходит в музеи?

И зачем?

Увидеть эстетику, скорее всего да. Почувствовать что-то новое, душу художника. Раскрыть его мир. Который он создавал день за днем.

«Пустошь» Т. С. Элиот

Язычник, Иудей –

Вращающий штурвал, в даль устремив мечты,

Вспомни о Флебе, он был строен и красив, как ты.

«Пустошь» Т. С. Элиот

«Так говорит Господь: сделай завещание для дома твоего, ибо ты умрешь, не выздоровеешь.»

Поэма очень запутана. В ней реальность смешана с гаданиями на картах Таро, предсказаниями и цитатами из Данте. Историями из Метаморфоз Овидия.

Мы, кто жили, теперь умираем.

И не хватает терпенья

Иисус  страдал за нас и теперь наша жизнь неизбежно будет полна страданиями.

– Но кто это вечно рядом с тобой?

Он бесконечно рядом, мужчина в плаще, Иисус; ты не узнаешь его. Но он всегда — лишний человек, о котором и не подозревал. Но он рядом с тобой идет.

«См. Германа Гессе «Blick ins Chaos» (Взгляд в хаос): «Уже половина Европы, уже по крайней мере половина Восточной Европы по пути к хаосу пьяно балансирует на краю пропасти в священном безумии и поет, поет пьяно и гимнически, как пел Дмитрий Карамазов. Бюргер смеется оскорблено над этими песнями, святой и провидец слушают их со слезами.»

Ночь. Чувство ночи у старой церкви. Ей больше двухсот лет. Она была построена в 1798 году. И рядом с ней — кладбище, как и всегда при церкви. А в ней — часовня. Часовня Опасностей. И везде вокруг — поросшая тайна, которой уже нет. Но она все равно осталась. Я верю, что можно вскрыть тайну, что можно отыскать Грааль. Но для этого не нужно идти к Часовне. Эта тайна — просто среди нас. Это тайна самой жизни. Это тайна старой церкви у твоего дома. И колокола бьют каждое воскресенье в 10 утра. И играет музыка — их звон. А святой Грааль — он для каждого! И он все еще не открыт мной. Мой священный Грааль.

В гнилой этой яме средь гор

Под бледным светом месяца трава поет

Меж затоптанных могил у часовни

Пустая часовня только ветер приютит.

Без окон стоит, с разбитой дверью,

Сухие кости никому не страшны.

Лишь петух забрался на крышу

Ку-ка-реку ку-ка-реку

Сверкнула молния.

Влажный воздух

Дышит грозою

Превращения всех во все подчеркивают условность нашего мира, и одновременно — бессмыслицу бытия и неизменность страдания на земле.

https://vladivostok.com/speaking_in_tongues/eliot3.html

https://briefly.ru/tomaseliot/besplodnaja_zemlja/